В российских кинотеатрах устанавливают «Ловушку для кролика» — амбициозный фолк-хоррор, где ключевые роли играют Дев Патель, электронная музыка и мифология Уэллса. Дебют Брина Чейни спродюсировал Элайджа Вуд, ранее поддержавший такие самобытные фильмы, как «Мэнди» и «Девушка возвращается одна ночью домой». Почему (не) хорошо иметь домик в валлийских горах, рассказывает Алексей Филиппов.
фото: «Ловушка для кролика» (2025) / «Про:взгляд»
1976 год, Уэллс. Дарси (Дев Патель) и Дафна (Рози МакЮэн) переехали в небольшой уединенный дом, укрытый от внешнего мира горами и лесами. Он — звукорежиссер, исследующий окрестности с магнитофоном Nagra-D, записывая интересные шумы. Она — электронная музыкантка в поисках уникальной мелодики, чьи эксперименты с целой библиотекой синтезаторов перегружают допотопную систему электроснабжения. Однажды Дарси фиксирует в чаще странную вибрацию, которая напоминает старинное пение — и сразу пробуждает в супруге творческую фантазию. Привлекает ни на что не похожий звук и таинственного гостя — безымянного мальчика (Джейд Крут), подозрительно осведомленного в валлийской мифологии.
Андрогинный незнакомец, подобно шуму ветра за окном, начнет вторгаться в жизнь пары — по-детски непосредственно и настойчиво. Он будет рассказывать о волшебном народце тильвит тег, несущем радости и горести в непредсказуемом объеме, и кроликах, странствующих между мирами, людским и потусторонним, угощать чаем из чилиги (желтой акации) и зазывать в место, чье звучание наверняка удивит столь тонких ценителей. Те поначалу не подозревают ничего дурного: отъезд из Лондона и недостаток общения, надо полагать, вгоняет их в тоску, вдобавок Дарси начинают преследовать кошмары с приступами сонного паралича. В ночи его комнату посещает загадочная исполинская фигура, один вид которой заставляет звукорежиссера хрипеть и цепенеть.
фото: «Ловушка для кролика» (2025) / «Про:взгляд»
Полнометражный дебют валлийца Брина Чейни «Ловушка для кролика» обитает где-то на границе дурмана и сказки. Пространство фильма переполнено шумами, щелчками, шероховатостями и запахами, торжественными фразами и одухотворенными жестами. Каждый шаг персонажей отдается драматургическим эхом, находя отражение в мифологической, психоаналитической или аудиальной плоскости. «Через глаза ты входишь в мир, а через уши мир входит в тебя», — шепчет в микрофон Дафна, будоража фантазию супруга. «Когда ты слышишь звук — ты превращаешься в его дом», — чуть погодя изрекает Дарси, объясняя мальчугану, на какую незримую стихию он охотится с микрофоном. За счет подобных философствований — порой чересчур выспренних — персонажи бродят вокруг да около переживаний, которые их по-настоящему волнуют. Только произнести или даже сформулировать их не так-то просто.
Избегает этого соблазна и Чейни, чья художественная манера состоит из намеков и умолчаний. Вероятно, таинственный гость и есть валлийский фэйри — тильвит тег, даром, что под каноническое описание больше подходит Дафна (высокая, с белыми кудрями и эльфийски острыми чертами лица). Кажется, Дарси травмирован насилием со стороны отца: возможно, физическим или даже сексуализированным, а может — просто унаследовал склонность хмуро переваривать эмоций наедине. Оттого в чувственном звуковике поселилось столько чужих историй и переживаний, что уже для себя нет места. Будто это не он, а подменыш или скопированная и воспроизведенная запись.
фото: «Ловушка для кролика» (2025) / «Про:взгляд»
Высокая концентрация аналогий размывает повествование, делает простую, казалось бы, мысль довольно тяжеловесной, а обращение к мифологии и технологии несколько механистичным. В интервью дебютант признается, что выбрал 1976-й, чтобы оправданно использовать Nagra-D («самую красивую технику на свете»), да и остальные артефакты не подкачали — все они взяты в шропширском Музее устаревших носителей. Так что ретрофетишизм в кадре не уступает любованию природой, а вместе они формируют высокопарное таинство, где буквально проговаривают то, что хотят сказать, какие бы пасы руками не устраивали параллельно.
В этом смысле «Ловушка для кролика» далека от новейших фолк- или звуковых хорроров из Англии, вроде «Студии звукозаписи «Берберян» Питера Стриклэнда или «В земле» Бена Уитли, где сюжет плотно врастал в мифологию жанров, локаций или фантазий. Её ближайшим соседом — даже географически, через Бристольский пролив — корректнее считать фильмы корнуоллского визионера Марка Дженкина («Каменный остров», «Наживка»), также любящего аналоговые технологии и многозначительность. Дебют Чейни — очень интимное кино, переполненное любимыми звуками и девайсами, шрамами и находками. Во многом неидеальное и неровное, но со своим звучанием и стилем, что заслуживает внимания — и быть услышанным.
«Ловушка для кролика» в кинотеатрах с 19 февраля.
«Ловушка для кролика»